В интервью нашему корреспонденту в Уральске, где под эгидой Уральской академии труда и социальных отношений проходил трехдневный научный форум, посвященный развитию регионов, известный казахстанский экономист развил эти тезисы и дал свою оценку как вступлению Казахстана в Таможенный союз, так и будущему развитию интеграции между постсоветскими странами.
Кстати, в уральском форуме приняли участие около 40 ученых по регионалистике из Казахстана, России и Беларуси.
При бюджетных интересах
- Канат Базарбаевич, есть ли польза от такого рода форумов?
- Польза подобных форумов очевидна. В мероприятиях Уральской академии труда и социальных отношений я участвую уже несколько лет. Здесь смогли создать реальную дискуссионную площадку и самостоятельно вести работу по наиболее актуальным вопросам, которые касаются государств всего постсоветского пространства. Думаю, АТиСО уже претендует на роль центра, который оказывает влияние на принятие решений. Сейчас им нужна поддержка местного сообщества. Необходимо также отработать и механизм подачи рекомендаций этих встреч, показать, что они являются реализуемыми и действенными, чтобы к ним прислушивались и министерства, и акиматы.
- Например, рекомендовать ввести выборы акимов...
- Акимы должны были быть избранными еще в 2006 году. Тогда была подана заявка на председательство в ОБСЕ, была возможность создать многопартийный парламент, президент мог решиться и на выборность акимов.
- А что помешало?
- Думаю, президент не пошел на это, потому что оппозиция могла получить пару кресел акимов. Чтобы снизить влияние правительства и акимов, в аппарате президента придумали очень хороший ход — создали холдинг «Самрук», в который передали все национальные компании, всю госсобственность. Потом создали фонд «Самрук-Казына», социально-предпринимательские корпорации (СПК), выбили из акимов все местные активы, и те остались только при бюджетных интересах. Сейчас СПК «зависли» — они не выполнили ни одну из своих функций, в результате их расформировывают.
- На Уральском форуме много спорили о Таможенном союзе и реинкарнации единого экономического пространства. Есть опасения, что ТС будут саботировать. А Вы как считаете?
- Трансформация Таможенного союза в единое экономическое пространство — пока только политическое решение. Что касается саботажа, то я считаю, что ТС уже саботируют. Но когда при этом кивают на предпринимателей — это ложь, отвлекающий маневр. Делают это определенные группы, стоящие наверху.
Сейчас сложилось два мнения по поводу создания Таможенного союза. Первое — что российский бизнес приходит на казахстанский рынок и наш бизнес пропадает, поэтому сначала нужно МСБ защитить, а уже потом открывать границы. Но не надо забывать, что и за восемнадцать лет мы не смогли создать для развития МСБ хороших условий, а если опять отложим Таможенный союз, говорить о решении этой проблемы будет просто наивно.
Второе — когда утверждают, что из-за введения импортных пошлин ограничится доступ дешевых китайских товаров, повысится их цена и пострадает население.
Получается, что одни говорят, что цены повысятся и наш бизнес умрет, вторые — что цены снизятся, но результат будет тот же. То есть одни разыгрывают антикитайскую карту, в том числе и с землей, другие — антироссийскую. Но все это объясняется, конечно, не защитой своих интересов, а тем, что в результате пострадает народ. Однако народ совсем не пострадает.
- А как же посленовогодний скачок цен на продовольственные товары? Чей кошелек стал тоньше?
- Это чисто спекулятивные вещи. Таможенный союз здесь ни при чем. Народ заранее подготовили: Таможенный союз означает повышение цен, а весной еще повысят зарплату бюджетникам, и цены еще раз вырастут. Не потому, что на то есть объективные причины, а потому, что людей приучили к мысли — повышение зарплат и пенсий приводит к очередному скачку цен. Больше никаких причин нет.
Нужен точный расчет!
- Говорят, что с введением ТС экономика приграничных областей Казахстана оживится. Насколько оправданы подобные ожидания?
- Для оживления экономики ТС играет чисто формальную роль, он лишь облегчает торгово-посреднические операции. А вот если между нашими странами будет единое экономическое пространство, то мы сможем выстроить единую технологическую цепочку с российскими и белорусскими производителями.
Создание ЕЭП дает возможность предприятиям включиться в единую производственную цепочку, то есть получать гарантированный заказ и сбыт. Причем эта цепочка, особенно если к ТС присоединится Украина, будет иметь полный цикл — от добычи сырья до готовой продукции.
Надо еще учесть, что у нас нет своих научных и современных производственных баз. Мы просто не сможем самостоятельно создавать, например, нанотехнологии. Зато такое технологическое преимущество есть у России.
- В России и налог на добавленную стоимость выше, чем у нас. А вообще, это хорошо или плохо, когда налоги низкие?
- Не может быть такого понятия, как маленький налог, потому что это изъятие личного дохода. Один, десять или сто процентов, суть налога одна — вас лишают части вашего дохода. Но другой вопрос, что я за это получаю?
Налоги нельзя назначать, это должен быть точный расчет. Государство берет на себя выполнение определенных обязательств и говорит, что деньги нужно изъять в таких-то налогах, в таких-то ставках. Если я плачу 10% подоходного налога и вечером боюсь выйти на улицу или прихожу домой, а у меня лифт не работает или свет отключили, тогда зачем я их плачу?
Многие наши налоги формально соответствуют зарубежным, а на самом деле играют совершенно другую роль или неправильно считаются. Вы говорите, что у нас НДС 10%, а в России выше и кто-то предлагает поднять ставку НДС. Но у нас НДС исчисляется совершенно по-другому. Да, в России он выше, но его считают теоретически правильно, поэтому там ставка выше, но сумма налога меньше.
В этом плане Налоговый кодекс нужно приводить в порядок. При этом очень жестко контролировать, как государство выполняет свои функции, а если не выполняет, то бойкотировать и не платить налоги.
- У нас почти вся страна сидит на кредитной игле, и ничего. Кстати, как Вы оцениваете эту ситуацию? И не слишком ли много банков в Казахстане?
- Начиная со времен распада СССР у нас резко поменялась система ценностных ориентиров — мы стали обществом потребителей. А когда общество настроено на потребление, оно перестает считаться со своими возможностями, а пытается сразу удовлетворить свои потребности. Здесь я согласен с Григорием Марченко — когда берешь кредиты, нужно соизмерять свои возможности. Но на нарушение этого принципа активно работала и агрессивная реклама банков, и действия самого правительства.
А количество банков должно определяться не числом, а жизнеспособностью. Сейчас мы видим, что наиболее устойчивыми оказались банки второго уровня, работающие в регионах. Они каждого клиента знают в лицо, знают, кому можно доверять, а кому — нет. Так что их насильственное укрупнение — лишнее. Банки должны оставаться, чтобы был выбор.
Сравнение не в нашу пользу
- С какой страной Вы бы сравнили Казахстан, например, по количеству реформ?
- Сравнения плохи тем, что в конечном итоге целью становится улучшение показателей, а не качество. Другой вопрос, если сравнивать уровень жизни, доступность образования, медицины и т. д. А реформы нужно оценивать по их эффективности. Многие из них — это прямое заимствование. Например, съездили в Сингапур, впечатлились корпоративным управлением. Но там город-государство, а у нас — нет. Да и не может государство являться корпорацией, поэтому неправильно применять методы корпоративного управления.
То же самое произошло с реформой образования. Ведь дело не в том, чтобы просто перейти на одиннадцатилетнее или двенадцатилетнее обучение, а в том, чтобы повысить качество образования и сделать его доступным для всех. А получилось, что реформу провели, но не создали научно-методической базы, не разработали учебной литературы, не подготовили преподавателей.
Или взять реформу здравоохранения. Здорово, что можно выбирать квалифицированного врача, но при условии, что они будут доступны в каждом населенном пункте. Для этого нужно улучшить качество подготовки самих врачей, вырастить новое поколение медиков. На это понадобится минимум лет десять. Это чистая гонка за показателями.
- Сейчас все чаще звучат заявления о том, что нам необходимо избавляться от позорного статуса сырьевого придатка. Практически это возможно?
- Не надо освобождаться от сырьевой зависимости, надо строить многостороннюю экономику, выстраивать осмысленную промышленную политику. Нефти и газа нужно добывать столько, чтобы обеспечить собственные потребности, плюс обеспечить финансовыми ресурсами структурную перестройку экономики.
- А что мешает это делать?
- Коррупция. Откуда у нас появились миллиардеры? Значит, эти средства присваиваются.
Не та инфляция
- Мы часто слышим, что инфляция неуклонно растет, что от нас скрывают ее рост... Вы как считаете, какой на самом деле уровень инфляции в стране?
- У нас инфляции вообще нет. Что такое инфляция? Это рост цен, вызванный нарушением функционирования денежного обращения, то есть обесценивание денег. А в Казахстане все жалуются на нехватку денег.
- Но почему растут цены? Например, повысилась стоимость бензина и тут же автоматически взлетели цены на все продукты...
- Но это не инфляция, точнее, это инфляция издержек классового характера. По теории, если уровень инфляции высокий, то нужно держать предложение денег, а этот процесс государство регулирует сокращением социальных программ.
Рост цен у нас нельзя преодолеть монетарными методами. Надо полностью все менять и четко выделить два сектора экономики — рыночный и нерыночный, то есть чисто государственный, включающий жилищно-коммунальное хозяйство, производство электроэнергии, железнодорожные перевозки и т. д.
И там главным должна быть не прибыль, а удовлетворение потребностей при снижении издержек производства, а все расходы должно нести государство. Тогда бы ЖКХ, энергетики не могли бы повышать свои тарифы. Сейчас это делается для получения прибыли, плюс придумали инвестиционную составляющую. А для чего нужна прибыль? Чтобы получать бонусы.
- То есть Вы хотите сказать, что мы запросто можем иметь низкие тарифы на коммунальные услуги, железнодорожные перевозки и т. д.? А нам так убедительно внушают, что необходимость повышения стоимости этих услуг — в первую очередь благо для населения, чтобы не остаться без света, воды, отопления...
- На самом деле тарифы должны и могут быть стабильными. Если не хватает на развитие, то деньги должны выделяться из областного или республиканского бюджетов. И если мы эту проблему не решим, перманентный рост цен так и будет продолжаться. Мы уже не раз делали расчеты. Например, цены у всех растут по-разному, и вроде все потом «устаканивается», но через год эти издержки вылезают снова.
Чтобы поменять систему издержек, нужно менять всю систему — проводить обновление производства, внедрять новые технологии. Уверен, в стратегических отраслях делать это должно государство. Поэтому считаю, что инфляции у нас как таковой нет, а то, что мы выдаем за инфляцию, — это недоработка правительства.
Так и сказал!
Когда речь идет о реальной диверсификации, развитии промышленности, мы сталкиваемся с ограниченным внутренним рынком. Мы не можем масштабно развиваться, опираясь только на внутренний рынок. Плюс мы не стали использовать ресурсы на структурную перестройку, а пытаемся искать деньги за рубежом. Но известно, что промышленно развитые страны Европы «убивают» промышленность неразвитых стран. Зачем инвесторам развивать какую-то отрасль нашей экономики, которая потом будет с ними конкурировать?»
Газета "Голос Республики" №08 (139) от 05 марта 2010 года